Алик Исмаил-Заде: «Рано или поздно это должно было случиться»

Просмотров: 608

Alik covid

01 мая 2020 г.

"С наступлением эпохи мировой перестройки, начатой в СССР, стали забываться жуткие сценарии ядерной катастрофы, мир вздохнул и зажил как-то по-другому. И понятия стихийных бедствий и катастроф перешли из сферы реальных угроз в сферу политических деклараций, которые привели к тому, что правительства многих стран стали относиться к проблеме рисков и, в особенности, новых рисков с долей относительного спокойствия." рассказывает российский и немецкий ученый-геофизик Али Тофикович Исмаил-Заде.

 

Петр Шебалин

Али (Алик) Тофикович Исмаил-Заде – российский и немецкий учёный-геофизик. Доктор физико-математических наук, главный научный сотрудник Института теории прогноза землетрясений и математической геофизики РАН, старший научный сотрудник Института прикладных геонаук Технологического института Карлсруэ, Германии. Действительный член Европейской академии (Academia Europeae), почетный член Королевского астрономического общества Великобритании, Американского геофизического союза и Международного союза геодезии и геофизики (МСГГ). Генеральный секретарь МСГГ (2007–2019); ученый секретарь Международного научного совета (2018–2021).

 

 Какова роль науки в уменьшении риска стихийных бедствий?

– Наука всегда была и будет в авангарде исследований сложных междисциплинарных проблем, связанных с природными опасностями, стихийными бедствиями и их рисками. Основная роль науки – это выработка новых знаний и доставка этих знаний потребителям.

Никакие политические и правительственные действия не могут быть продуктивными без использования научных знаний и без осведомленности общественности.

Одно из действий, которые наука уже давно предлагает – это создание межправительственной международной комиссии по оценке рисков стихийных бедствий, аналогичной комиссиям по оценке климатических изменений и биоразнообразия. Периодические научные оценки рисков стихийных бедствий на глобальном, региональном и национальном уровнях предоставляли бы соответствующую информацию правительствам различных стран. Этот механизм мог бы послужить основой для оценки эффективности будущих мер по снижению риска.

Однако, предложение ученых не было поддержано правительственными чиновниками некоторых стран, так как стихийные бедствия рассматривались ими как локальные процессы, и поэтому, по их мнению, международная группа для изучения рисков не нужна.

Ни одно объяснение, что стихийные бедствия могут быть как локальными и национальными, так и охватывать огромные регионы и весь мир (например, цунами, вулканические извержения, космические опасности и наконец, смертоносные вирусы), до сих пор не воздействовали на политиков. Также не повлияли на них и научные высказывания, что глобальные бедствия и катастрофы можно решить только на международном уровне. То, что произошло и получило название COVID-19, должно было случиться рано или поздно.

Об этом знали и били тревогу и ученые, и общественность. Писатели и кинематографисты хотели донести до людей то, что в реальности случилось сегодня. Было снято много фильмов о стихийных бедствиях, включая пандемии, основанные на научных знаниях. Например, в 1995 г. немецкий кинорежиссёр Вольфганг Петерсен снял фильм «Эпидемия» по книге Ричарда Престона «Горячая зона», описывающий ужасные последствия вируса на подобие того, который стал сегодня известен как короновирус SARS-CoV-2.

Примеров таких природных «сюрпризов», порождающих стихийные бедствия мирового масштаба, немало: только в этом столетии – это цунами в Индийском океане в 2004, извержение вулкана в Исландии в 2010 г., вспышки эпидемий в Азии и Африке. Ни к одному из этих случаев природных опасностей мир был практически не готов, хотя ученые предупреждали о вероятности таких событий и правительства были осведомлены.

Но, всё-таки, были страны, которые перешли к действиям по борьбе с короновирусной инфекцией достаточно быстро. В их числе Китай, Южная Корея.

– Да, конечно. Такой страной в Европе, например, стала Федеративная Республика Германия. С первых же дней появления случаев заболевания вирусом была выработана тактика по изолированию больного и трассированию его контактов.

Германия выбрала с самого начала правильную тактику в отношении медицинской системы. Как я думаю, это связано с тем, что немецкая медицинская система была хорошо подготовлена к развитию событий и до начала пандемии – достаточное количество больничных коек, аппаратов ИВЛ, медицинского персонала, возможность экспериментирования в выборе лечения. Германия не только лечит своих жителей, но и помогает Италии, Франции, Нидерландам и другим близлежащим странам, принимая тяжело больных и предоставляя аппараты ИВЛ.

Принимают ли ученые и научные учреждения Германии участие в выработке решений Федерального правительства и правительств немецких земель?

– Канцлер ФРГ Меркель обратилась к Президенту Немецкой национальной академии наук Леопольдина (НАНЛ) профессору Хауку с просьбой дать совет по возвращению страны в нормальное русло в рамках коронавирусного кризиса. (Замечу, что профессор Хаук – всемирно известный немецкий геолог и специалист в области климатических изменений). Академия подготовила доклад по теме «Возвращение страны в русло устойчивого развития» и опубликовало его 13 апреля. Рекомендации НАНЛ описывают пути выхода из сложившейся ситуации, но при этом не ставят временные рамки и, таким образом, дают правительству возможность оценить каждую рекомендацию с различных точек зрения и принять правильное решение. Отмечу основные рекомендации, возможно, относящиеся и к России.

Оптимизация основы принятия решений. Важно существенно улучшить опрос, касающийся статуса инфекции и статуса иммунитета населения, особенно путем репрезентативного и регионального сбора этой информации. Полученные таким образом данные будут предназначены для включения в динамические модели в режиме реального времени, что может обеспечить более надежные краткосрочные прогнозы. Они могут быть использованы для поддержки принятия решений и сделать эффективность политических мер проверяемой.

Смягчение психологических и социальных последствий. Для принятия и реализации принятых мер внутренняя мотивация, основанная на самозащите и солидарности, более важна, чем введение санкций. Предоставление реалистичного графика и четкого пакета мер для постепенной нормализации жизни общества повышает контролируемость и плановость для всех. Это помогает свести к минимуму негативные психологические и физические последствия текущих стрессов. Особое внимание надо уделять группам риска, которые особенно страдают от последствий нынешних ограничений, таких как дети в сложных семейных ситуациях или люди, подверженные насилию в семье.

В области образования кризис привел к массовому снижению воспитания и обучения, а также к обострению социального неравенства. Поэтому открытие учебных заведений должно быть как можно скорее. При этом, с одной стороны, учебные заведения должны устранять преграды для обучения, а с другой - должны быть минимизированы риски новых заражений.

Постепенно нормализовать общественную жизнь. Общественная жизнь может быть постепенно нормализована при следующих условиях: рост инфекцирования стабилизируются на низком уровне; создаются необходимые клинические резервные возможности и возобновляется регулярная помощь другим пациентам; дисциплинированно соблюдаются известные меры защиты (гигиенические меры, защитные маски, правила расстояния, увеличение идентификации инфицированных).

Использование экономической и финансовой политики для стабилизации. Экономическая и финансовая помощь должна предоставляться, прежде всего, для преодоления сложной ситуации в краткосрочной перспективе. К ним относятся: укороченный рабочий день, помощь в ликвидности, налоговые отсрочки и гранты для сокращения банкротств. Государственные холдинги должны использоваться только в чрезвычайной ситуации для стабилизации бизнеса. В среднесрочной перспективе понадобятся дальнейшие фискальные меры, например, налоговые льготы.

Дополнительные средства должны быть выделены для государственных инвестиций в здравоохранение, цифровую инфраструктуру и защиту климата.

Уже существующие глобальные проблемы, такие как, в частности, защита климата и биоразнообразия, не исчезают с коронавирусным кризисом. Меры, основанные на научных доказательствах и политическом консенсусе еще до коронавирусного кризиса, не должны быть смягчены, но должны продолжать реализовываться или даже укрепляться с высоким приоритетом.

В заключение, я хотел бы отметить, что Федеральное правительство вместе с земельными правительствами использовали рекомендации ученых, как было отмечено канцлером ФРГ во время пресс-конференций 15 и 30 апреля, и определили даты постепенного выхода из кризиса.

Как, по-вашему, изменится мир и научное сообщество после коронавирусной пандемии?

– Оперируя некоторыми фактами, можно сказать о том, что, вероятнее всего, может произойти в науке и образовании после этой пандемии.

Общество будет двигаться к устойчивой и углеродно-нейтральной экономике. Об этом ученые думали и до событий последних месяцев, но пандемия показала отчетливо позитивные изменения экологической обстановки в результате уменьшения технологической нагрузки на природу во многих регионах мира.

«Удаленка» может превратиться в постоянную форму работы, особенно для ученых-теоретиков. Электронные лекционные курсы будут читаться профессорами, работающими в различных университетах мира; студентами этих курсов могут стать студенты различных ВУЗов страны и из-за рубежа. Научные семинары и даже конференции смогут проходить в режиме онлайн.

Кризис показал критическую важность различных дисциплин знаний для борьбы с пандемией. В то время, как основное внимание уделяется в данный момент вирусологам, эпидемиологам, практикующим врачам, математикам и статистикам, на предстоящем пути предстоит сыграть решающую роль экологам, психологам, социологам, экономистам, технологам, инженерам и многим другим. Кроме того, кризис еще раз показал важность междисциплинарных методов исследования и интеграции знаний.

Университетский сектор и академические научно-исследовательские институты нуждаются в существенном переосмыслении, возможно даже структурном. Долгие годы мы говорили о серьезной интеграции науки и образования, но сейчас надо взяться за дело. Обе стороны будут нуждаться в государственной и частной (которая должна наконец начать развиваться в нашей стране) поддержке, чтобы сосредоточить свое внимание на будущих возможностях, продолжая выполнять свои важнейшие образовательные и научные функции.

И, наконец, Российская академия наук должна вновь заблестеть всеми своими гранями – глубокими научными исследованиями, интеграцией своих институтов с образовательным сектором, созданием новых междисциплинарных научных направлений и научными рекомендациями, предоставляемыми Президенту РФ, правительству и российскому обществу.

Ученые должны действовать вместе c другими заинтересованными сторонами и оказывать поддержку правительству в осуществлении превентивных мер для предотвращения стихийных бедствий. Иначе все мы станем свидетелями трагических последствий новых катастроф, которых можно было бы избежать.

 

Публикацию подготовила Татьяна Пономаренко

Печать

Joomla SEF URLs by Artio